20 декабря 2006
5356

Зимы не будет?

Главный салонный анекдот последних дней. Путин приходит к гадалке и спрашивает, сколько ему еще осталось править. "Одну зиму", - констатирует гадалка. "Значит, зимы не будет", - говорит Путин.

Будет ли зима? Вот в чем вопрос. В столь наэлектризованной атмосфере одна случайная фраза Германа Грефа подняла по тревоге политический и медийный истеблишмент. Третий день политэкономическая элита обсуждает заявление министра экономического развития и торговли, на самом деле, вполне невинное, о том, что он хотел бы со временем поработать в бизнесе или в крайнем случае большим государственным начальником, но на другом посту. Например, министром обороны, пошутил Греф и заявил, что нужна ротация кадров.

Главного экономиста страны немедленно заподозрили в том, что он а) что-то знает про грядущие перемены в правительстве, б) эти перемены неизбежны и вот-вот начнутся, в) зимы, натурально, таки не будет, случится что-нибудь страшное. Страна вступает в предвыборный год, поэтому на любые фразы любого официального лица теперь, очевидно, всякий раз все будут столь бурно реагировать...

Что же до сути проблемы, то некоторая усталость нынешней управленческой государственной команды действительно видна невооруженным глазом. Даже та часть министров, которая назначалась на свои посты в 2004 году, когда начинался второй срок президента, не с луны свалилась и несла тяжкий груз государственной ответственности по несколько лет.

Тот же Греф на боевом посту - уже шесть лет. Сергей Иванов - пять. Алексей Гордеев руководит колосками и буренками - семь. Михаил Зурабов в своей нынешней, ставшей для него расстрельной, должности - два с половиной года, но до этого работал главой Пенсионного фонда с 1999-го. Виктор Христенко ниже ранга министра не опускался в 1998-го. Алексей Кудрин, как Греф и Леонид Рейман, в министрах - те же шесть лет, с момента первого путинского призыва. Сергей Шойгу на посту главного спасателя страны ровно столько же, сколько Россия существует и даже чуть дольше - он еще возглавлял соответствующее ведомство РСФСР.

Незаменимых нет. Однако новые фигуры, с одной стороны, должны вписываться в существующие, тонкие и деликатные, расклады договора элит. С другой стороны, в эпоху, когда реформаторская энергия и натиск не слишком востребованы, подуставшие начальники вполне могли бы спокойно дотянуть свою лямку до выборов президента. То есть - пережить зиму, и даже не одну.

Ведь сколько раз сгущались тучи над тем же Грефом. Сколько раз циркулировали слухи об отставке Кудрина. До какой степени считался "не жильцом" Гордеев. Как несладко приходилось в иные минуты Зурабову, Рейману, Христенко. А ничего - до сих пор на коне.

Другой вопрос, что стабильность, неизменяемость, устойчивость элиты - кажущаяся. Министры, может быть, и остаются на своих постах. Но та политика, которую они проводят сегодня, совсем не похожа на ту, которую они проводили в ходе первого срока президентства Путина или в начале второго. Та система зависимостей, связей, взаимных обязательств, которая возникла внутри то ли государственной, то ли предпринимательской элиты в последние два-три года, во многом определяет линию поведения людей, принимающих решения. Это уже не до конца их решения, принятые под персональную ответственность. Центры "разруливания" принципиальных вопросов иной раз перемещаются в другие кабинеты - на Старую площадь, в Кремль, в резиденции аффилированных с государством бизнесменов. И в этой конструкции "устойчивые" министры - далеко не всегда самые влиятельные персонажи.

Сегодняшний Герман Греф при всей его заслуженной реформаторской и либеральной репутации - это не Греф первого срока Путина и уж тем более не тот человек, который руководил работой группы интеллектуалов, готовивших программу 2000 года, которая была названа в честь ее куратора, будущего министра экономического развития. Жизнь оказалась жестче. Если сегодня почитать программу Грефа, можно обратить внимание на то, что если сначала реализуемые мероприятия просто отставали от графика, то, начиная с 2003-2004 годов, о базовых реформаторских действиях, прописанных в документе, просто забыли. Программа осталась красивым утопическим свидетельством очень правильных и качественно описанных намерений.

Сегодня даже круг забот министра в содержательном смысле таков, что его программа - это план действий совсем другого ответственного лица, возглавляющего другое министерство, перед которым стоят иные задачи и которое функционирует в совершенно иной политической и аппаратной среде.

Разумеется, Греф остается символом либерализма в российской экономике. Но быть символом еще не означает быть практиком - политические ограничения его деятельности таковы, что он не просто может даже не вспоминать программу имени себя, но и без ущерба для дела способен поменять место работы, профессию, стать министром обороны или главой крупной компании. То же самое могут безболезненно сделать и другие министры: от них никто не ждет реформ, пассионарности, непослушания. Они теперь - скорее сталинские наркомы, а не креативные министры постиндустриальной эры. Они - технические, а не политические фигуры.

В этом контексте даже теряет смысл вопрос - в самом ли деле уйдет в отставку Греф и/или его товарищи по оружию? А также - будет ли зима? Будет зима или зимы не будет - суть политики от этого не изменится.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции


http://www.rian.ru/authors/20061220/57344099.html

РИА Новости

20.12.2006 г.

viperson.ru
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован